и руководитель инвестиционного фонда Manhattan


Третий исключительный факт состоял в том, что основатель и руководитель инвестиционного фонда Manhattan Fund продал свою долю в управляющей компании больше чем за 20 млн. долл., в то время как ее капитал не превышал 1 млн. долл. Без сомнения, это один из самых ярких приме­ров того, как интересы рядовых инвесторов приносят­ся в угоду интересам "управляющих" их капиталом.

В изданной в конце 1969 года книге The Money Managers были описаны 19 финансистов, "являющихся лучшими в бизнесе, связанном с управлением милли­ардами, принадлежащими другим людям". Дальше в выводах говорится о том, что "они молоды... некото­рые из них зарабатывают свыше миллиона долларов в год... они представляют собой новое финансовое поколение... все они очарованы фондовым рынком... они обладают особыми профессиональными навыками для того, чтобы стать победителями".

Очень хорошее представление об их достижениях дает анализ результатов деятельности возглавляемых ими инвестиционных фондов. Такой анализ может быть проделан для двенадцати из девятнадцати инвес­тиционных управляющих, описанных в книге. Их дея­тельность была успешной в 1966 году и просто превос­ходной в 1967 году. В 1968 году в целом их результаты были все еще хорошими, хотя показатели отдельных управляющих ухудшились. В 1969 году все они по­несли убытки, и только один из них смог немного превзойти уровень фондового индекса Standard & Poor's. В 1970 году ситуация еще больше ухудшилась.

Мы описали эту картину для того, чтобы глубже понять мораль, которая лучше всего может быть вы­ражена с помощью старой французской пословицы:

Чем больше перемен, тем больше все остается по-старому. Яркие энергичные личности— обычно до­вольно молодые — с незапамятных времен обещали чудесный рост чужого капитала. Им удавалось делать это в течение некоторого времени — или по крайней мере казалось, что им это удается, — но, в конце кон­цов, вкладчики неизбежно несли убытки.

В качестве одного из последних подтверждений правила, что "чем больше что-то изменяется, тем больше оно остается не­изменным", рассмотрим, как 29-летний Раен Джекоб создал инвестиционный фонд Jacob Internet Fund в конце 1999 года после того, как его предыдущий фонд, специализировавшийся на акциях дот-комов, показал 216% доходности. Новый фонд собрал около 300 млн. долл. всего за несколько первых недель 2000 года. Вот что произошло дальше: в 2000 году фонд поте­рял 79,1%, в 2001 году - 56,4 и в 2002 году - 13%. Общие по­тери составили 92%. Несомненно, что убытки сделали инве­сторов старше и мудрее, чем самого Джекоба.

Полвека назад "чудеса" часто сопровождались явными мани­пуляциями с финансовой отчетностью, использовани­ем нерациональной структуры капитала и другими элементами финансового мошенничества.

Государство не могло оставаться в стороне от кон­троля за интересами инвесторов и разработало четкую систему финансового контроля, осуществляемого SEC. Однако отношение к обыкновенным акциям со стороны рядовых инвесторов стало настороженным.

Прошло несколько десятилетий, и на смену махи­наторам 1926-1929 годов пришло новое поколение "управляющих капиталом" образца 1965-1969 годов.

 Любопытно, но бум и банкротства на фондовом рынке в 1999-2002 годах также произойти примерно через 35лет по­сле подобного этапа предыдущего цикла. Возможно, нужно именно 35 лет, чтобы ослабло влияние инвесторов, которые помнят "безумие" последней "новой экономики". Если такое предположение верно, то разумному инвестору следует быть особенно бдительным примерно в 2030 году.

К каким-либо противозаконным действиям, запре­щенным после краха 1929 года, они не прибегают, по­скольку существует риск попасть в тюрьму. Но на Уолл-стрит появились новые "схемы", которые, в конце концов, приводят к аналогичным результатам. Откро­венные манипуляции ценами прекратились, но есть много других методов привлечения внимания легко­верной публики, падкой на возможность заработать на "горячих" акциях. Например, многие из незарегистри­рованных акций (letter stock) можно купить гораздо дешевле, чем по их заявленной цены. При этом, хотя может быть наложен запрет на их продажу, они учи­тываются в финансовой отчетности по своей полной рыночной стоимости, что создает видимость при­быльной сделки. Примеры такого рода "схем" можно приводить и дальше. Можно только удивляться тому, как уже в новых, жестких условиях регулирования фондового рынка его участники все же умудряются повторять ошибки не столь уж далеких 1920-х годов.