Последнее утверждение проверялось во время


 

Последнее утверждение проверялось во время подготовки настоящего издания, первый вариант ко­торого был завершен в январе 1971 года. В это время значение фондового индекса Доу-Джонса выросло с низкого уровня, 632, в 1970 году до высокого уров­ня, 951, в 1971 году. Одновременно рос и общий оп­тимизм рынка. Когда в ноябре 1971 года была за­вершена работа над последним вариантом книги, фондовый рынок находился в ожидании нового спа­да, который привел к снижению фондового индекса до 797. Одновременно росло и беспокойство участ­ников рынка относительно будущего. Мы не позво­лили этим колебаниям повлиять на наши взгляды на разумную инвестиционную политику, которые в ос­новном оставались неизменными со времени первого издания этой книги в 1949 году.

Сжатие фондового рынка в 1969-1970 годах долж­но было развеять иллюзию, сложившуюся за послед­ние два десятилетия. Она состояла в том, что обык­новенные акции ведущих компаний можно было по­купать в любое время и по любой цене, с гарантией не только максимальной прибыли, но и того, что лю­бые промежуточные потери скоро будут компенси­рованы очередным ростом фондового рынка до но­вых высоких уровней. Это было слишком хорошо, чтобы быть правдой. Фондовый рынок вновь "вер­нулся в нормальное состояние" в том смысле, что и спекулянтам, и инвесторам следовало быть гото­выми к существенным и, возможно, продолжительным как падениям, так и взлетам стоимости их инве­стиционных портфелей.

Для акций многих компаний второго и третьего эшелонов, особенно — недавно вышедших на фондо­вый рынок, потери в результате последнего его паде­ния были катастрофическими. Ничего нового не произошло — нечто подобное имело место в 1961­1962 годах, но новый элемент состоял в том, что в портфелях некоторых инвестиционных фондов было много высоко спекулятивных и явно переоце­ненных акций подобного типа. Очевидно, что среди управляющих этими фондами были не только но­вички, которых надо предупреждать о том, что боль­шой энтузиазм может быть необходим для больших свершений где-нибудь в другом месте, но на Уолл-Стрит он практически всегда приводит к катастрофе.

Основная проблема, которую нам необходимо было решить, состояла в огромном росте процентных ставок по первоклассным облигациям. С конца 1967 года до­ход инвестора по ним более чем в два раза превышал дивиденды обыкновенных акций. В начале 1972 года доходность составляла 7,19% по облигациям самого высокого уровня по сравнению только с 2,76% доход­ности акций промышленных компаний. (Можно срав­нить с соответственно 4,40% и 2,92% на конец 1964 го­да) Трудно представить, что когда в 1949 году впервые вышла эта книга, цифры были практически противопо­ложными: доходность по облигациям составляла толь­ко 2,66%, а акции приносили 6,82% доходности. В пре­дыдущих изданиях мы настоятельно рекомендовали, чтобы как минимум 25% инвестиционного портфеля консервативного инвестора составляли обыкновенные акции, а в целом мы советовали делить капитал в про­порции "50 на 50" между этими двумя видами ценных бумаг. Сейчас следует рассмотреть, может ли больший, по сравнению с акциями, уровень доходности облига­ций рассматриваться в качестве аргумента для формирования инвестиционного портфеля целиком из обли-гаций? По крайней мере, до того времени, пока не вер-нутся более разумные взаимосвязи между показателя­ми доходности (а мы предполагаем, что так и будет). Конечно же, вопрос о постоянной инфляции будет очень важен при принятии решения по данному пово­ду.